Они

 

   Солнце припекало. На улице плавился август – самый жаркий месяц 2007 года, месяц, когда народ изнывал от беспощадного зноя, литрами пил прохладное пиво и квас, прятался в тени деревьев, купался в реках и озёрах, охлаждая утомлённые организмы приятной водой.

   Это был месяц Их встречи, встречи двух человечков с разными взглядами на мир. Август 2007 года, а если быть точным – пятнадцатый день с его начала. День соединения двух сердец, день начала Любви, которая поначалу не воспринималась как большое чувство – скорее как дружба противоположностей. Однако рок судьбы распорядился так, что две кармы переплелись, став единой верёвочкой, единым целым.

   В мире буйствовали террористы, взрывая здания, американский доллар летел вниз, звёздная богема скандалила и набивала широкий карман банкнотами. Жизнь бурлила, как проснувшийся вулкан, и не было миру никакого дела до наших героев, мир был к Ним безразличен. Так же, как и Они к нему.

   Он увидел Её вдалеке, красивую девушку с глазами цвета бушующего океана, с золотистыми волосами, развевающимися на ветру, одетую в белую футболку без рукавов и чёрные бриджи, подчёркивающие стройность восхитительных ног. Она шла, кушая фруктовый лёд и запивая его соком, а Он не мог отвести от глаз, поражаясь неземной красе ослепительной девы, силился перевести взгляд вправо или влево, но какая-то сила магнитом притягивала взор обратно, заставляла трепетать сердце в такт лёгкой походке девушки. Тук-тук. Тук-тук. Тук-тук – стучали каблучки, и сердце синхронизировало в ответ: тук-тук. Тук-тук. Тук-тук. Я здесь, я вижу тебя,- шептал Он, прося порывы ветра передать слова, мечтал, чтобы Она заметила Его, отвлеклась, подарив улыбку.

   Но Она прошла мимо, унося с собой юношеские мечты парня. Он опечалился, но вспомнил, что Бог всегда даёт право на второй шанс, и последовал следом за девушкой.

   Они поднялись на третий этаж. Она впереди, Он – позади, поодаль, любуясь статной фигурой красавицы. Девушка свернула налево, в терапевтическое отделение, а парень направо, в кардиологию, где лежал последние две недели, со второго августа. Проводил её глазами и пошёл к себе, настраиваясь на длительное общение с мужиками, которые от нечего делать травили анекдоты и рассказывали интересные, а порой и смешные истории из бурной молодости...

 

***

  

   Мужиков было семеро. Тридцатипятилетний Сергей, угрюмый и неразговорчивый тип, сутками напролёт читающий дешёвые детективы в мягкой обложке и пьющий оранжевую газированную воду. Пятидесятилетний Николай, похожий на армянина, первые дни лежащий трупом после инсульта, а с выздоровлением бегающий тайком от медсестёр курить крепкие сигареты. Шестидесятилетний Борис, глухой на оба уха, носящий слуховой аппарат, и при этом любящий поговорить, не обращая внимания на вопросы собеседников. Ровесник дяди Бори широкий казах Сулейман, приезжающий в больницу на большом белом джипе японского производства, носящий золотой перстень и до ужаса боящийся плохих анализов. Семидесятилетний дядя Саша, диабетик, отправившийся в аптеку за инсулином, а вместо этого оказавшийся в 55 палате с инфарктом. Пятидесятилетний Евгений, татарин, чьё настоящее имя за всё его время пребывания так никто и не выучил. Второй татарин, сорокадвухлетний Азат, картавящий на букву «р», вечно недовольный, сидящий на таблетках от поноса.

   - Сколько тебе лет?- спрашивал Азат у парня.- Двадцать?! Ты в двадцать лет лежишь в кардиологическом отделении?!- удивлялся он.- Считай, что всё, пиши пропало. Каждую осень будешь в больнице валяться. Попомни мои слова, годика через два тебя ударит. Инфаркт, знаешь, такая штука...

   Он не отвечал на разглагольствования соседа-татарина. Награждал усмешкой и отворачивался, думая про себя, что Азат отбросит копыта первым, а у Него шансы есть, организм всё-таки не древний. Парень невзлюбил татарина с первого дня, когда того привезли из реанимации – полуживого, с кожей серого оттенка и потухшими глазами, оглядывающими всех с нескрываемой злостью. Азат дышал со свистом, храпел ночью и ежеминутно портил воздух, что не очень нравилось всем обитателям 55-ой. Однако же терпели...

   Войдя в палату, парень улёгся на койку и прислушался к голосам. Солировал Евгений – объектом всеобщего смеха был «шадым», спирт с запахом резины.

   - Пили,- признавался Евгений.- Ещё как пили, черти полосатые! Вонючая гадость, глотнёшь, потом пахнет за километр, но пили! Перерыв пятнадцать минут, так мы набьёмся в курилку, тяпнем по стопочке, закусим карамелькой, и дальше работать. И ничего, не сдохли!

   - Да, было дело,- соглашался Николай.- Шадым проходили. Ох, и противный спирт, но когда пить нечего, сухой закон, и он в самый раз приходился! Тоже бывало, сольём, после работы засядем, долбанём, а потом жена спрашивает, чем это от меня так пахнет отвратительно. Ты, что, говорит, Колёк, резину что ли жевал? Ага, отвечаю, резину.  

Палата сотряслась от взрыва хохота. Мужики, знающие о шадыме не понаслышке, смеялись от души, и каждый вспоминал о своих случаях. Медсестра, заглянувшая в 55-ую, пригрозила пальцем и попросила вести себя потише,- как-никак больница, приличное заведение.

   - Тоже, наверно, шадымом балуешься,- подколол медсестру Евгений, и покрасневшая женщина под новую волну смеха скрылась от греха подальше.

Смеялся и Он. Ему нравились поучительные жизненные байки мужиков, помогающие скоротать время, нравилось слушать их басовитые голоса, вспоминающие интересные моменты,- ненадолго это спасало от уныния и печали, но в душе по-прежнему копились грусть и усталость.

   Парень закрыл глаза и попытался задремать, но не получалось. В голову лезли плохие мысли, заставляя сосредотачиваться на их решении, копошились коварные идейки, поэтому Он поднялся и решил прогуляться по дворику, подышать свежим воздухом зелёных деревьев и отогнать прочь грязь, что собралась в тыковке. Парень прошёл несколько километров вокруг больницы, тренируя расшалившееся сердце, поглядел на часы и занял лавочку. Скоро должны были прийти родные...

 

***

 

   Как Ей не хотелось возвращаться домой, не знал никто. Потрясающие две недели, проведённые с подругами в Минске, закончились, и теперь приходилось трястись в душном поезде, обливаясь солёным потом, и терпеть. Девушка терпела, ибо пот досаждал не так сильно, как боль в желудке, режущая острыми приступами каждые две минуты.

   Приехав в родной город, собралась с духом и призналась бабушке.

   - Поедем на приём,- пообещала бабуля, «обрадовав» внучку.- Глотнёшь трубку, врач посмотрит, что разболелось.

Девушка поморщилась, представив неприятную процедуру, однако деваться было некуда – либо трубка, либо каждодневные непереносимые боли.

   - Звони,- согласилась Она.

   Врач, крепкий усатый мужик без церемоний и обезболиваний засунул в нежное горло девушки трубку, похмыкал, почесал в затылке и написал направление, вынося вполне ожидаемый вердикт: больница.

   Вернулись домой, сложили тапочки и одежду в пакет и поехали ложиться. Заведующий отделением принял направление и определил новую пациентку в 57 палату, где мирно, на протяжении двух недель соседствовали три женщины пенсионного возраста. Она расстроилась, узнав, что придётся ютиться со старушками-сплетницами, но в следующее мгновение смирилась – одноместных палат в больнице не было.

   Не успела девушка переодеться, как в комнату залетела улыбчивая медсестра, высыпала ей горсть таблеток, заставив две съесть сразу, воткнула больной укол и подключила к капельнице. Она выдавила из себя кислую улыбку, приветствуя разглядывающих Её старушек, и уставилась в потолок, размышляя о несправедливой жизни. Ещё три дня назад, вспоминала девушка, я гуляла по улицам Минска, пила пиво в белорусских кафе, а сегодня в России, на Урале, лежу под капельницей, словно беспомощное существо и не могу двинуться с места, прикованная к кровати стойкой с пузатым пузырьком.

   Пузырёк вскоре сняли, и стало легче, но не намного. Больничная обстановка со светло-серыми стенами не внушала радости, угнетала холодностью, извлекая из глубин подсознания неприятные события, случавшиеся в прошлом, навевала скуку, и скука эта была хуже, чем боль в желудке.

   Поначалу на выручку пришёл мобильный телефон. Вставив в уши наушники, Она часами напролёт слушала по радио горячие летние хиты и подпевала тихим голоском, мечтая в мыслях оказаться в Белоруссии, прокатиться на громаднейшем чёртовом колесе, наблюдая за городскими красотами, похихикать с подружками, обсуждая модные журналы, погулять по ночному городу, утопая в разноцветных огнях...

   Через пару дней телефон выручать перестал. Песни по радио приелись, уши от наушников устали, всё осточертело! От серых стен рябило в глазах, голова наливалась свинцом, отчего постоянно хотелось спать, ноги стали ватные, настроение упало.

   Выручило обстоятельство: доктор разрешил уходить на ночь домой. С удовольствием Она переоделась в уличную одежду и побежала вниз, оставляя бабушек наедине со сплетнями. На углу больницы поймала маршрутку, села у окна и только тогда успокоилась.

   Так родному дому Она не радовалась никогда в жизни. С умилением поглядела на старенький диванчик, служащий удобной кроватью на протяжении долгих лет, улеглась на него, уткнулась носиком в подушку, пахнущую Её волосами, укрылась простынёй и уснула.

   Снилась девушке свадьба. Она, одетая в шикарное белое платье, под руку с женихом в элегантном костюме. Счастливые родители, пускающие скупые слёзы на дорогие букеты цветов. Украшенный чёрный лимузин с асом-водителем. Нарядные гости за богатым столом, кричащие «Горько! Горько! Горько!». Сумасшедшие пляски под Верку Сердючку, пьяная тамада, забывшая текст, друзья, не знающие меры с алкоголем. Конкурсы на смекалку, где жениху и невесте нужно напрягать мозги. Вальс в окружении хлопающей толпы. Первая брачная ночь, ласки, поцелуи...

 

***

 

   К вечеру жара отступила. На улице появились прохожие и влюблённые парочки, держащиеся за руки и воркующие о чём-то важном, с работы возвращались усталые труженики, забив до отказа автобусы и маршрутные такси, загоготали шайки пацанов и девчонок, облюбовав свободные лавочки и беседки, выползли и заняли очередь к пивной бочке «культурные» слои общества. Гулять было приятно, но обитатели больницы не имели возможности – часы показывали семь двадцать, а ровно в семь посетителей выгоняли, и больничные двери закрывались на замок, оставляя узников в тюрьме со светло-серыми стенами. Пациенты довольствовались открытыми окнами коридора и, опёршись на перила, беседовали. Именно здесь и произошла Их встреча, встреча, когда Они познакомились, узнали имена и впервые обменялись улыбками.

   Она стояла, слушая музыку, и грустила. В этот день доктор домой не отпустил, рано утром предстояла сдача крови на анализы. Она хмурилась, меняя пальчиком радиостанции, и не заметила, как рядышком с Ней оказался худощавый паренёк в футболке цвета хаки. Минуту-две Он молча смотрел на девушку, изучая черты лица, а потом решил потревожить.

   - Привет,- поздоровался Он.- Скучаешь?

   - Привет,- ответила Она, вытаскивая из уха наушники.- Скучаю.

   - Пойдём к окошку. Посидим на подоконнике, поболтаем.

Девушка кивнула, соглашаясь с предложением, и Они перебрались к окну, где дул свежий ветерок. Познакомившись, задали несколько стандартных вопросов, касающихся музыки и фильмов, посмеялись над таджиками, которые ругались у строящегося неподалёку дома, а потом Она попала под мощнейший прессинг, в народе называющийся болтливым языком. Парень взял ситуацию под контроль и плотно впился в уши собеседницы, рассказывая десятки историй: о поездках по ночному городу на мчащемся с нереальной скоростью автомобиле; об интересных книгах, прочитанных ранее; о создании песен на компьютере. Она слушала и поражалась, насколько Он увлекал голосом и знаниями. Девушка чувствовала, что Ей интересно, что порой Она поражается, узнавая необычные подробности.

   - А я летом побывала в Минске, - похвасталась девушка.- Гуляла по Москве, по Красной площади.

   - Москва,- мечтательно сказал Он.- Никогда не был в Москве. И в Минске никогда не бывал.

   - Минск – красивый город. Чистый.- Она кокетливо поправила локон, упавший на глаз.- Нигде в России я не видела таких чистых городов.

   - Я бы тоже попутешествовал,- поделился Он желанием.- И не только по России, а по Европе, по Азии, по Америке. Наделал бы фотографий, написал иллюстрированную книгу. «Путеводитель по Африканскому континенту» или «Галопом по Европам», или что-то наподобие.

   - А ты мечтатель,- заметила Она между делом.- Фантазируешь многовато.

   - Все фантазии реально воплотить в жизнь. Нужны деньги, а их как назло катастрофически не хватает. Можно сказать, их практически нет,- так будет правильнее.

Она усмехнулась удачной шутке, и пока паренёк рассказывал очередную историю, девушка рассмотрела Его поближе. Не сказать, что Он выглядел красавцем или уродцем, скорее что-то среднее: неброская внешность, длинный нос с горбинкой, пышная шевелюра, торчащая на макушке, стройная фигура с худыми руками, глубокие морщины на щеках, но при всём при этом от Него исходил шарм. С девушкой паренёк держался уверенно, словно общался с близким другом, завернувшим на огонёк, не заикался, как первоклашка у доски, а великолепно скрашивал досуг, вкручивая в мысли магические хитросплетения слов.

Она улыбнулась в тысячный раз за вечер. Стрелки часов прибежали к десяти, но Они не заметили, как пролетело время. Им было хорошо вместе, и, расходясь по отделениям, парень и девушка остались довольны прошедшим вечером...

 

***

 

   Ночью не спалось. Он лежал, слушая сопение соседей по палате, вертелся с боку на бок. Сон не приходил.

   Смирившись, парень перестал мучиться и сдался. Закрыл глаза и перебирал в уме события прошедшего вечера, воспроизводил в памяти образ девушки, её миловидные черты, манеры, задумался и подпустил к себе подкравшийся на мягких лапках сон, который приласкал паренька и забрал к себе.

   Утром, ровно в шесть растолкала медсестра. Он протянул Ей руку и лишился кубика крови.

   - К восьми спустись на второй этаж, сдашь кровь из пальца,- напоследок сказала женщина.

   - Выписывать будете?- поинтересовался Он.

   - Возможно. Если анализы хорошие, выпишем.

   День прошёл в безумном темпе. Врачи собирали многочисленные анализы, снимали кардиограмму, заставили идти за батарейками и, получив четыре пальчиковых, прикрепили к телу молодого пациента суточный аппарат, считывающий показания сердца.

   Никогда за две недели пребывания в больнице Он так не ждал обхода доктора. Когда лечащий врач Ольга Ивановна подошла к Нему с карточкой, сказав, что за сутки случилось всего три сбоя, и завтра можно выписываться, парень чуть не подпрыгнул до потолка от радости, однако сдержался и лишь благодарно кивнул  доктору.

   Последний вечер прошёл на отлично. 55 палата готовилась к проводам четырёх обитателей. На выписку помимо парня собирались Евгений, дядя Саша и Сергей. Мужики по традиции завели балагурные разговоры, травили анекдоты, хохотали, сыграли партию в шахматы и партию в шашки – четыре на четыре, и оба раза победу праздновали выздоровевшие пациенты.

 

***

 

   С утра Она получила смс, в которой Он обещал навестить. Дождавшись четырёх часов, девушка спустилась на первый этаж и вышла на улицу, где облюбовала одну из свободных лавочек.

   Паренёк пришёл в четыре двадцать, поприветствовал девушку и протянул Ей пакет.

   - Что это?- спросила Она.

   - Подарок. Скромный, но приятный.

Взяв пакет, девушка заглянула внутрь и обнаружила там шоколадку «Виспа» и мягкую игрушку – коричневого медвежонка размером с ладошку.

   - Спасибо. Не ожидала.

   - Самые приятные подарки – неожиданные.

   - Здорово. Люблю мягкие игрушки, но ещё больше люблю шоколад... Слушай, не хочешь чуть-чуть прогуляться? До остановки и обратно? Я денежек кину на «Мегафон».

Они неторопливой походкой двинулись вдоль улицы, и девушка снова ощутила на ушах подзабытый прессинг. Парень увлёк очередной головокружительной историей, попутно выспрашивая мелкие подробности Её биографии, выпытывая нужные детали и собирая представление о молодой красотке.

   Пополнив баланс мобильного телефона, Они отправились обратно, и девушка словно заправилась солидной порцией алкоголя, - так потрясающе на Неё действовал голос парня, голос спокойного и уверенного человека, знающего множество интересной информации.

   - Что собираешься делать после окончания учёбы?- полюбопытствовал Он.- Работать? Учиться дальше? Или уедешь в Минск?

   - Не знаю. Даже не думала. Хотелось бы уехать, в этой дыре ловить нечего. Не в Минск, так в Москву. Если не в Москву, то хотя бы в большой город – Самару или в Екатеринбург, или в Питер – тоже отличный вариант.

   - Никому не нравится наш уютный городишко, а ведь здесь не так плохо, как вам кажется. Здесь можно даже жить, и жить припеваючи.

   - Припеваючи?

   - Ну да. Кататься как сыр в масле, отрезать лучшие куски от пирога и всегда быть на высоте, собирая сливки. Это всё реально.

   - Реально-то реально, но жить в большом городе лучше. Там другой ритм. Сошедший с катушек.

   - Я не хочу уезжать. Мне нравится наш городок. Спокойный, тихий и уютный.- Он погладил отросшую щетину, следя за реакцией девушки, но Она не подала виду.- Слетать с катушек не для меня.

Парень замолчал, и Она подумала, что чем-то зацепила Его достоинство. Он достал мобильник, поглядел время и заторопился на якобы важную встречу, собираясь прощаться.

   - Ты приедешь потом ко мне?- спросила девушка.- В среду меня выпишут, а в четверг можно увидеться.

   - Посмотрим,- неопределённо ответил Он.

   - Адрес помнишь?

   - Найду.

   - Приезжай, хорошо? Я буду ждать...

 

***

 

   Адрес парень действительно запомнил. Девушка возвращалась вечером от подруги, и Он перехватил Её по дороге к дому, загородив проход автомобилем. Она поначалу возмутилась, но, разглядев знакомое лицо, махнула рукой в сторону подъезда. Паренёк резво стартовал и умчался в указанном направлении, чтобы впоследствии подарить девушке потрясающий вечер, в котором Они открыли много секретов, съели по шоколадному мороженому и наговорились досыта, разойдясь ближе к полуночи.

   Дальше понеслось, как в кино с лихо закрученным сюжетом: ежедневные прогулки, общение, гуляния с друзьями, поездки по ночному городу под шумный аккомпанемент зарубежной музыки, поцелуи под звёздным небом, взаимные ласки, первая близость, ссоры и недовольства... У них было всё, как и у всех людей, но, глядя на других, Они поражались, что мир, этот сумасшедший мир не засосал Их в мясорубку, разрушающую пары и меняющую мораль парней и девушек, считающих, что расстаться после проведённой вместе ночи в порядке вещей, что переспать на первом свидании – закономерность. Они держались друг за друга, несмотря ни на какие обстоятельства, плюнув на эти правила, придуманные неизвестно кем и когда, держались, стиснув зубы при плохих новостях и радуясь при хороших, пережили все невзгоды, валившиеся на Их плечи, а таковых случалось немало.

   15 августа 2008 года Они были вместе. 15 августа 2008-го Они отпраздновали двенадцать месяцев большой Любви, скрепив крепким поцелуем.

   - Спасибо, что ты был рядом,- поблагодарила Она.- Нас ждёт второй год.

   - Спасибо, что ты была рядом,- поблагодарил Он.- Нас ждёт второй год.

   15 августа 2008-го погода не баловала горожан теплом. Небо хмурилось, собрались тучи, и хлынул ливень. Они – Он и Она стояли, обнявшись, на балконе, с высоты пятого этажа наблюдая за непогодой, и мечтали прожить вместе оставшуюся жизнь.