-5-

 

   Иван Леонтьев был талантливым лаборантом и находил подход к любому человеку. Медицинский институт окончил с красным дипломом, научные работы публиковал в книгах и журналах, на порталах и сайтах мировых университетах, смазливое лицо помогало в сдаче зачетов, экзаменов и достижении целей. Профессоров он покорял умом, женщин-преподавательниц - красотой и природным обаянием, соглашаясь на постель и авантюры.

   После учебы Иван устроился в частную больницу доктора Смирнова, которая неофициально считалась лучшей в городе, а официально Волжск признавал ее второй. Лаборант показывал усердие, показывал достойные результаты и получал положительные отзывы пациентов, и доктор, заметив настойчивость молодого парня, предложил повышение и подарил высокооплачиваемую должность. Леонтьев перевелся из больницы в главную лабораторию, находящуюся за городом. Лаборатория оказалась секретной: Ване и его коллегам завязывали глаза, сажали в корейский микроавтобус и минут двадцать везли до места. Поездка напоминала фильмы о Джеймсе Бонде и игру в шпионов. Секретная информация, подпись о неразглашении и запрет на пересечение границы Российской Федерации,- на работе шутили, что они трудятся на ФСБ и обречены трудиться до пенсии.

   Главная лаборатория имела огромное помещение в несколько комнат со множеством ламп дневного света. Колбы, склянки с разноцветными жидкостями, микроскопы, ноутбуки и планшеты, видеоэкраны, дорогостоящая зарубежная аппаратура. Вход по электромагнитным пропускам, доступ по паролям, но зато у каждого отдельный рабочий стол со всем необходимым. Колдуй, разрабатывай, экспериментируй: все условия созданы. Никто не жаловался. Доктор Смирнов проводил опыты над клетками животных, тестируя лекарства и таблетки, скрещивал различные виды в программе, а лаборанты учились и выдавали идеи. Процесс отладили до автоматизма.

   Зарплата Ивана в лаборатории доктора превышала больничный доход в три раза, а когда должность поменялась на «старшего специалиста», то увеличение повторилось. Леонтьев получал ежемесячно сумму, которую обычные люди зарабатывали за год-два. В компьютере появились скрытые файлы и папки, ранее не видимые, уровень повысился, и Иван достиг статуса заместителя, изучая новые документы и ведя дела в отсутствие Смирнова.

   Назначение отмечали у лаборанта дома за бутылкой армянского коньяка. Иван приготовил мясо по-французски, нарезал сыра, колбасы и овощей, а доктор принес контейнеры с салатами. Выпили, поели, закурили по сигаре и переместились в гостиную с бокалами «Арарата» и колой.

   - Я доволен тобой, Вань,- сказал доктор, пуская клубы дыма.- Делаешь карьеру, относишься серьезно, работу на завтра не оставляешь. Мне нравится подход, когда человек постоянно заинтересован и готов ответить на любой вопрос. Но у нас все впереди. Эти опыты – мелочь по сравнению с тем, что предстоит далее... Хороший коньяк, легко пьется.

   - Всегда его покупаю. Михаил Андреевич, а что за проект готовится?

   - О! Большой и серьезный проект! Грандиозные опыты с клетками. Никто в мире не проводил подобного никогда.- Глаза доктора блеснули.- Но это будет наш проект: ты и я, без привлечения остальных лаборантов. Я не хочу, чтобы они участвовали. Им нужны деньги, а интереса к работе нет. Шесть часов – пора домой; хоть кто-то разок задерживался? Зачем им?!

   - Но и я работаю ради денег, не так ли? Все хотят ни в чем не нуждаться.

   - Ты, Вань, другое дело. Есть желание, и мозгами бог наградил. Заслужил.

Смирнов допил спиртное и попросил повторить.

   - Достойный коньяк делают в Армении,- похвалил доктор.- Пол-литра уговорили, а на душе спокойно и расслаблено. Приятный вкус и умеренная крепость. Пять звездочек, как ни крути. Знаешь, почему русские не могут сделать подобное?.. Им не хватает выдержки.

Они посмеялись. При загруженности на сто пятьдесят процентов мозг оставлял запасы для шуток и позитивного настроения.

 

   Лаборант нравился Михаилу Андреевичу. В нем виделся доктор пятнадцатилетней давности: целеустремленный, влюбленный в работу до умопомрачения. Смирнов вспомнил, как в двадцать пять получил докторское звание и приехал покорять областной центр. В столицу Михаил не рвался, там и без него хватало гениев и грамотных специалистов, на фоне которых можно затеряться, а в Волжске твоя карьера на виду. Город, стоящий на берегу Волги, напоминающий итальянскую Венецию, особенно в период весенних паводков, красивый и успокаивающий. На улицах дубы и ели, кустарники пострижены в форме мороженого-рожка, на газонах изумрудная трава и цветы, а от Кремля прекрасный вид на набережную и величественную реку. Доктор влюбился в Волжск и остался. Трудился, прогуливался по старинным улочкам и дышал чистым воздухом.

   Карьера пошла в гору. Молодого талантливого доктора заметил чиновник Павлов и предложил должность заместителя главного врача в городской больнице. На протяжении пяти лет Смирнов работал на государство и писал книгу «Взаимодействие клеток животных в десяти опытах». Книга вышла в Европе и принесла доктору известность, признание и солидный гонорар. Михаил Андреевич не потерял голову от успеха и вложил деньги в строительство оздоровительного комплекса: частной клиники и загородной лаборатории. Павлов снова помог, доплатил необходимую сумму, достал разрешение и выручил с контрактом на поставку медицинского оборудования. Клиника открылась, а на следующий день ударил мировой кризис.

   Дела у городской больницы ухудшились, и клиенты потянулись к доктору. У него имелись необходимые лекарства, лучшие специалисты и заботливое отношение. Смирнов давно понял, что человек, не жалеющий денег на здоровье, это золотая жила, и он должен ощущать себя как дома. Чай, кофе, улыбка врача, и клиент вернется к вам и в следующий раз. Кризис разгорался из тлеющего огонька в ужасающий пожар, а Михаил Андреевич процветал.

   Однажды, в начале двухтысячных в гости пожаловал Павлов. Доктор принял гостя в кабинете, пожал потную ладошку, предложил кофе и указал на кресло. Павлов покряхтел, усаживая грузное тело, и вздохнул. Они поговорили о Волжске, о ситуации в стране, и когда гость замолчал, Михаил Андреевич осознал, что готовится важный разговор.

   - Док,- начал Павлов.- Ты понимаешь, что я пришел не просто так. Со здоровьем все в порядке, с финансами тоже. Необходимы твои знания, Миш... Мы запускаем проект «Подземный город», а ты нужен как специалист-микробиолог. Ты и твоя лаборатория. Бюджет имеется, постепенно от теории перейдем к практике.

   - Ты намекаешь на опыты над людьми?- Смирнов побледнел.- Но... как?

   - Проект «ПГ» основан на биологических опытах над людьми со скрещиванием клеток животных. Подсудное дело, и добровольцев набрать не получится, но наверху дали добро и отыскали выход. Волжск кишит алкоголиками, наркоманами, бомжами, тюрьма переполнена бандитами и мелкими преступниками. Это прекрасный материал!

   - Но это же люди!- возмутился доктор.- Как я, как ты! С семьями, детьми!

   - Миш, это отбросы... Слышишь меня?! Отбросы!!! Люди, ненужные обществу и отвергнутые им! Не как ты и не как я! Они – зло!!! Мусор, валяющийся под ногами!!!

   - Что за сравнение?!

   - Нормальное сравнение,- ответил чиновник.- Правильное. Выбор за тобой.

Михаил Андреевич притих. Согласиться на проведение безумных опытов и остаться в живых, либо отказаться и умереть. В том, что его уберут, как много знающего элемента в цепочке событий, Смирнов не сомневался. На кону стояли карьера, деньги, связи и... человеческие жизни. Как ни выворачивал Павлов сравнения, доктору представлялись лица обычных людей. Не больных, не требующих лечения, а здоровых, сильных, но оступившихся.

   - Мне надо подумать,- сказал доктор.

   - Подумай, Миш, но прими правильное решение.

Чиновник покинул помещение, а Смирнов уткнулся лицом в стол и заплакал.

   Ночью ему снились кошмары, в которых люди-мутанты играли главные роли: вооруженные, злые, красноглазые и необузданные, они брызгались слюной и кричали, и в диком реве слышались боль и утрата... Доктор проснулся, и картинка ужастика померкла. Отдышавшись, Михаил закурил сигарету. Руки вспотели и тряслись. Сон как рукой сняло.

   Утро выдалось солнечным и прекрасным, и кошмар забылся. Не тревожа секретаршу, Смирнов прошел в кабинет, достал из бара коньяк, нарезал лимона и сел напиваться. К появлению Павлова он еле ворочал языком и не подавал признаков разума. Пустая бутылка «пятизвездочного» напитка валялась на полу. Чиновник почесал подбородок, позвонил по мобильному помощнику, и верный Вован, правая рука губернатора, поднялся наверх. Секретарше велели молчать, а Михаила Андреевича бросили в багажник и увезли в неизвестном направлении.

   Смирнов вернулся спустя три дня. С синяками и ссадинами, побитый, покорный и покоренный, он приступил к реализации проекта, а в выбранном месте началось строительство подземного города. Стройку несколько раз откладывали, замораживали, но доктора это не касалось. Михаил Андреевич пахал от зари до зари, высчитывал, искал, отслеживал данные в программе, выводил сыворотку, а в качестве подопытных выступали крысы и свиньи. Павлов контролировал все процессы и следил за каждым движением подчиненных, не доверял и не прощал стукачества. Разболтавшего секрет программиста, поведавшего желтой газете о таинственном подземелье, отправили за грибами в ближайший лес, а газету после выпуска номера закрыли. Повезло, что информация попала не в центральное издание: ушлые журналисты проверили бы все факты, и статья вызвала бы большой резонанс.

   В начале пятнадцатого года завершилось строительство трех подземных городов в Волжской области. Набрали персонал: охранников, руководителей, поваров, уборщиков, ловцов, актеров, заманивающих «клиентов» в ловушку; обустроили подземелье видеокамерами и техникой и стали завозить первых жителей. Все подавалось под острым соусом: «исправился – выбрался наружу», однако многие понимали, что обратной дороги не существует. Город решили очистить от неблагополучных людей, запустить их в мясорубку и перемолоть в фарш. Лучшего материала для проведения биологических опытов никто не предложил, и казавшаяся ранее безумная идея превратилась в реальность. Утвердили.

   Смирнов во время прогулки по подземелью ужаснулся, и проблемы с алкоголем превратились в катастрофу. Доктор напивался и перестал отличаться от контингента, который планировал использовать в злодеяниях. Небритый, заросший, с ароматом перегара и сигарет, он держался, не забывая вести дела клиники и лаборатории, но выглядел лет на шестьдесят: седой, сгорбленный, сдавшийся старик.

   - Миш,- сказал однажды Павлов, когда они выпивали.- Посмотри в зеркало, на тебе лица нет... Неужели проект «ПГ» настолько в тягость? Это не то, к чему ты всю жизнь стремился? Выслушивать жалобы пациентов интереснее?

   - С чего ты взял? Я работаю, как Папа Карло, не жалея сил...

   - Брось!- перебил чиновник.- Вопрос не о работе, а о смысле... Я читал книгу доктора Смирнова, это уникальная вещь! А теперь появилась возможность реализовать теорию на практике. Ни у кого не было даже десятой доли того, что мы можем сотворить. Задумайся.

Михаил Андреевич колебался. Павлов говорил правильно, верно. Книга, пошумевшая в Европе и принесшая состояние и независимость, оставалась бумагой. Ему предоставили условия для развития потенциала гения, а он боялся и отказывался, продолжал развивать теорию, отточил ее в программе до идеального состояния, и ноутбук показывал, что «клетки соединены».

   - Знаешь.- Смирнов решился.- Помнишь разговор, когда проект только утверждали? Так вот, годы прошли, а я не могу с собой ничего поделать. Если человек смертельно болен или находится при смерти, то ладно, а когда мы сгоняем беззащитных людей, словно стадо в стойло, руки сами собой опускаются... Они же не все безнадежны... Сколько случайных или неугодных кому-то попадет в подземелье.

   - Миш, ты преувеличиваешь. Страна полна нечисти, комбайном можно косить. Жалеть никого не надо, себе боком выйдет. Неужели ты считаешь, что уголовник, убивший нескольких беззащитных людей и выпущенный через пять лет за хорошее поведение, или наркоман, сжигающий ядом вены, достойны существования? Спорно, друг мой, спорно.

   - Может быть, но если другого выхода нет...

   - Все решено. Мы – такие же пленники, как и жители Города Сильных. Выход из проекта – это конец. Ставки слишком велики, никто не станет ставить на «зеро». Определись и успокойся. Ты – гений, они – материал. Пятнадцатый год – конечная стадия, к осени мы должны показать результаты. Если проект признают успешным, процесс очистки запустится на полную мощность... Представь, какую по итогам ты напишешь книгу. Она взорвет мир!

Смирнов улыбнулся. Натянуто, натужно. Чокнулся рюмкой и выпил.

 

   Андрей Данилович Павлов пробивал дорогу любыми путями. Подкупал, убирал, заказывал врагов, дрался, светился на телевидении: действовал по проверенному методу России начала девяностых. Приехав из крохотной деревеньки Холмы в 1985 году в Волжск, Андрей поступил в институт международных отношений и окончил его с красным дипломом, применив талант в сферах предпринимательства и политики.

   За бесценок приватизировав приличный бизнес, он баллотировался в губернаторы и выиграл гонку, став самым молодым управленцем области в истории России. Избавился от конкурентов, окружил себя проверенными людьми и крепкими телохранителями, иногда сочетающими оба качества, и наслаждался жизнью. Делился пирогом, бросал подачки народу, ремонтировал дороги, организовывал митинги, и жители переизбрали его на второй срок. Покинув неспокойное течение политики, Андрей купил оздоровительно-культурный центр, где отдыхали приезжающие звезды эстрады, местную достопримечательность – ресторан «Луну» и в довесок салон красоты, объединив все единым брендом спутника Земли.

   Имелось у Павлова странное и необычное для политика хобби: увлечение микробиологией и генетикой. Андрей считался неплохим специалистом в обеих областях, но свои успехи его не интересовали. Он читал работы, ездил на конференции в Европу и Америку, участвовал в брифингах, искал подающих надежды талантов, пробовал перевезти ребят в Волжск, однако попытки проваливались. Когда вышла книга доктора Смирнова, чиновник поразился уникальному содержанию, вчитывался в правильные формулы и соединения и удивлялся. Узнав, что Смирнов живет на расстоянии вытянутой руки, познакомился и взял под опеку. Помог со строительством клиники, занимался организационными вопросами и следил за Михаилом. Любой шаг, любой успех: Андрей Данилович узнавал обо всем первым и направлял гения в необходимое русло. Работы легли в основу проекта «ПГ», а доктор возглавил лабораторию.

   В двухтысячных проект «Подземный город» попадал под закрытие. Уходили инвесторы, прекращалось финансирование, и стройка замирала. Подземелье под Волжском покрывалось слоем пыли, и Павлов начинал поиски вливаний. Встречался, договаривался, перезапускал строительство заново, а с приходом Алексея Юрьевича забыл о проблемах и сконцентрировался на опытах, контролируя доктора. Большие деньги позволили ускорить темпы, и начало пятнадцатого года ознаменовалось открытием Города Сильных. К весне появились жители, собранные с улиц, ели, работали и не подозревали, что в будущем станут прекрасным материалом для безумных идей. За набор людей отвечала группа актеров, играющих роли в пивных, в винных магазинах, во дворах за играми в домино, и население горожан росло, словно на дрожжах. Бомжи, алкоголики, наркоманы, убийцы, маньяки и прочие личности попадали в ловушки и получали крышу над головой. Диктатор Лев Андреевич, назначенный на должность, настраивал узников на исправление, верил, что человек сможет выбрать правильный путь, и Алексей Юрьевич решил изменить ситуацию, отправив правителя в отставку. Льва Андреевича перевели на административную работу, а власть устроила революцию в подземелье. Павлов пообщался с бывшим диктатором и увидел в его глазах разочарование и боль, а спустя день тот шагнул в открытое окно пятнадцатого этажа. Сам или помогли, чиновник не знал и знать не хотел.

   - Люди должны получать шанс, иначе потеряют веру,- сказал Лев Андреевич в последней встрече.- Вы забираете у них все.

   Горожанам преподнесли смерть диктатора, как сердечный приступ, и освободившуюся вакансию занял Алексей Юрьевич. 

ЧИТАТЬ СЛЕДУЮЩУЮ ГЛАВУ